Мы проанализировали информацию, перелопатили все данные и пришли к выводу, что тебя занесло в самый эпицентр суперкультуры ассуров. А эта планетка, из которой ты вовсю качаешь налево куги и кубаббару, и есть их колыбель, альма-матер, легендарное Вместилище Разума и Силы. Со всеми вытекающими важными последствиями, – Алалу встал, вздохнул, сделал круг по закуту, с удовольствием побренчал инструментами на подносе. – Что же ты не спрашиваешь, друг мой, какими именно последствиями? Или для тебя это уже не вопрос? Ну естественно, вопрос теперь только в том, как воспользоваться этим наследием ассуров. Ведь как пить дать, к гадалке не ходи, что-то осталось – храмы, летописи, предметы культа. Всегда что-то есть. Главное, чтобы было за что зацепиться. И понять, друг мой, в чем же все-таки состоял секрет этого ассурского могущества. Мы вот двигаем науку, развиваем матбазу, отлаживаем технологии. Лиши нас всего этого, отключи энергию – и все, финита, аллес, финиш, мы полное дерьмо. То есть техногенное направление развития цивилизации напоминает тупик. Нет бы нам пойти путем ассуров. Те, используя психические силы, корректировали время, путешествовали в пространстве, побеждали смерть, гасили пульсары и зажигали звезды. И держали всю галактику во как, такую мать! – Выругавшись, Алалу показал мощный татуированный кулак, сплюнул и гадостно оскалился. – Да уж, на них, небось, эти гниды с Веги не поднимали хвосты. Равно как и эти твари с Альфа Дзеты. А сволота с Кассиопеи была, уж верно, тише воды и ниже травы, не то что, блин, сейчас… Ну да ничего, так твою растак, еще не вечер. – Он по новой выругался, выпрямился в кресле и уставился на Ана, как удав на кролика. – В общем, ладно, буду краток. У тебя на этой планетке есть власть, авторитет, сила, возможности и развитая инфраструктура. А мне нужно на этой планете кое-что найти. Так что живи, но дышать будешь, как я скажу. А слово мое таково: бабки пополам, хербея этого твоего на протоплазму, вывоз радания, куги и кубаббары обеспечу лично и в полном объеме. И само собой, мои дела – это мои дела, в них твой интерес нулевой, а номер шестнадцатый. Ну что, друг мой, какие вопросы?